Рыжие реки, химические берега: за чей счет будут спасать реки КУБа

20 января, 10:31


Пермский краевой суд приступил к рассмотрению апелляционной жалобы на решение Свердловского районного суда, по которому трем федеральным ведомствам предстоит устранить экологическое бедствие в Кизеловском угольном бассейне (КУБ).

Пока что ведомства перекладывают обязанности друг на друга, считая себя ненадлежащими ответчиками по делу. Истоки же истории берут свое начало в Кизеле, причем, в прямом смысле. Ей много лет, но в 2021 году вопрос об экологии в КУБе актуализировали три жителя Кизела: Феликс Манаширов, Анастасия Смирнова и Анастасия Бирюкова. Они в 2021 году обратились в суд с иском по поводу закрытия угледобывающих шахт.

После того как выработки забросили, там перестали откачивать подземные воды, в штольнях стала скапливаться дождевая и талая вода. Она постепенно обогащалась вредными химическими элементами, а затем попадала в близлежащие реки. Экологам удалось установить, что из водопользования было выведено почти 500 километров рек. На их дне осели техногенные осадки из ежегодно изливающихся миллионов тонн кислой воды.

Юрий Асланян, газета «Звезда», Пермь, май 2012 года:
«Как выяснилось, ещё в 1984 году ученые университета начали проводить исследования экологической ситуации в Кизеловском угольном бассейне и Березниковско-Соликамском промышленном узле. Конечно, сразу обратили внимание на необычный цвет рек и большое количество отвалов, с которых после дождей текли стоки такого же рыжего цвета. С тех пор сотрудники Естественнонаучного института вели в этом районе постоянную работу, при этом, понимая важность проблемы, занимались исследованиями, в том числе за счет собственных ресурсов.
Оказывается, Кизеловский угольный бассейн отличается от других большими притоками в шахты трещинно-карстовых вод. А в углях и угленосной толще содержится большое количество серы и тяжелых металлов. И как только кислород попадает в шахтный массив, начинается окисление воды, в результате чего образуется слабая серная кислота, которая выщелачивает из пород большое количество металлов.
Когда шла добыча угля, здесь велась постоянная откачка кислых шахтных вод, которые миллионами кубических метров сбрасывались на поверхность без очистки. Грубо говоря, это была уже не вода, а та самая слабая серная кислота с большим количеством железа, алюминия и шлейфом тяжелых металлов в таких количествах, что была мысль делать установки по их извлечению. Воды сбрасывались прямо на рельеф. Поэтому все реки Кизеловского угольного бассейна отравлены, малые и такие большие, как Косьва, Южная и Северная Вильва, уже перестали быть реками, превратившись в каналы сточных вод. Бассейн закрыли, шахты затопило, и воды начали изливаться на поверхность самопроизвольно. Сегодня существует 14 постоянно действующих источников кислых шахтных вод. При этом количество воды уменьшилось, а состав её с экологической точки зрения значительно ухудшился. Если раньше в Чусовую из Усьвы попадало небольшое количество шахтных вод, то сегодня их следы можно обнаружить уже на водозаборе Верхнечусовских Городков с высокой концентрацией железа. Сама Косьва, имеющая тот самый нездоровый ржавый цвет, в конце концов впадает в Камское водохранилище вместе со всем содержимым шахтных вод бассейна. Раньше Косьва к устью в значительной степени очищалась. Сегодня это не происходит. И в устье крупных рек Яйвы, Вильвы уже фиксируются тяжелые металлы».

Истцы заявили, что сейчас на бывших шахтах зарегистрировано 18 изливов на площади около 413 га. Неудивительно, что территория КУБа объявили зоной экологического бедствия. По мнению заявителей, сложившаяся ситуация нарушает их право, а также право других людей на жизнь в благоприятной окружающей среде. Жители Кизела уверены, что необходимо срочно решать вопрос, иначе, когда серная кислота попадет в Каму, это неминуемо приведет к экологической катастрофе.

Ответчиками по делу выступали Министерство энергетики РФ, Министерство природных ресурсов и экологии РФ, а также ФГБУ по вопросам реорганизации и ликвидации нерентабельных шахт и разрезов (ГУРШ). Отметим, что Минэнерго и Минприроды являются уполномоченными органами по ликвидации последствий горных работ, а также объектов накопленного вреда окружающей среде. По словам заявителей, в настоящее время есть проекты строительства очистных сооружений только на двух шахтах, но нет уверенности в их актуальности. Поэтому истцы просят суд обязать Министерство энергетики РФ оценить имеющуюся проектно-сметную документацию на очистные сооружения и разработать ее еще для двенадцати объектов.

Также по теме: Кизеловский угольный бассейн может возродиться и выдать на гора 300 млн тонн.

Также заявители просят суд обязать Минприроды РФ провести работы по ликвидации накопленного вреда на восемнадцати отработанных участках КУБа. Срок – до 1 января 2025 года. Также Минприроды должно, по мнению заявителей, в срок до 1 января 2029 года провести экологическую реабилитацию девяти рек, включая Южную и Северную Вильву, Косьву и Усьву. Русла рек должны быть очищены от отложений, а их экосистема восстановлена. К слову, проекты по ликвидации сбросов ранее неоднократно разрабатывались, но ни один из них не был реализован.

Также по теме: Пермские ученые запатентовали метод нейтрализации кислых шахтных вод.

Суд первой инстанции в качестве третьих лиц привлек к процессу Пермскую межрайонную природоохранную прокуратуру, администрацию четырех округов, а также Роснедра, Агентство водных ресурсов, минприроды Прикамья. Требования истцов поддержали Пермская межрайонная природоохранная прокуратура, а также администрации Чусовского, Губахинского и Гремячинского округов.

Министерство энергетики РФ, в свою очередь, не согласилось с требованиями заявителей. Его представители заявили, что после прекращения добычи угля, министерство уже провело мероприятия по ликвидации последствий, предусмотренные законом. По их мнению, теперь ликвидация негативного воздействия объектов на окружающую среду – обязанность Министерства природных ресурсов РФ, региональных и муниципальных властей.

Минприроды РФ с этой позицией не согласно. В ведомстве полагают, что заниматься ликвидацией негативного влияния объектов на окружающую среду имеет смысл только после прекращения изливов. А этим, по законодательству, и должно заниматься Минэнерго. При этом подчеркивается, что осуществить необходимые мероприятия в установленные судом сроки невозможно. Кроме того, федеральное министерство настаивает на том, что платить за очистку рек должно министерство природных ресурсов и экологии Пермского края.

В итоге Свердловский районный суд Перми удовлетворил исковые требования жителей Кизела к Минприроды РФ и Минэнерго РФ. Как сказано в решении, после прекращения добычи угля мероприятия по ликвидации последствий, а также негативного влияния на окружающую среду не проводились, и сейчас все полномочия по их проведению – у Минэнерго РФ. На Министерство природных ресурсов РФ суд вложил обязанность реабилитации водных объектов. По решению суда, в обязанности ГУРШ входит разработка проектно-сметной документации и техзаданий для выполнения работ по ликвидации изливов.

В суде второй инстанции тактика федеральных ведомств во многом повторяла то, как они защищались в Свердловском районном суде. Они стремятся доказать, что не являются надлежащими ответчиками по делу. Так, представитель Минэнерго постарался перенести решение проблемы на Минприроды и регион. В своем выступлении он заявил, что раз речь идет о водных объектах, то решение этой проблемы – это полномочия субъекта РФ.

По его словам, Минэнерго уже провело мероприятия после закрытия шахт, ведомство потратило более 600 млн рублей на консервацию. При это представитель Минэнерго напомнил, что о в 2013 году Пермский краевой суд уже выносил решение, связанное с ликвидацией бедствия на территории Кизелбасса. И там, по его словам, содержится уточнение, что выбор способа, как именно это сделать – обязанность исполнителя, а финансироваться все работы должны из федерального бюджета.

Однако судебная коллегия отметила, что в материалах дела отсутствуют документы, доказывающие, что Минэнерго проводило мероприятия по ликвидации шахт. Представитель Минэнерго сообщил, что затоплением шахт занималось еще другое ведомство, которое сейчас уже не существует. На вопрос о том, что разве министерство не является правопреемником этой организации, представитель ведомства ответил, что – нет, по его словам, функции этого ведомства были делегированы многим другим министерствам. А документы сейчас ищут.

Суд отметил в материалах дела, что на шахтах должны были появиться очистные сооружения. Представитель Минэнерго пояснил, что это был один из вариантов, и сослался на его дороговизну – 2 млрд рублей в год. По его словам, за десять лет в этом направлении никаких шагов сделано не было, и рассказал об одном из способов очищения воды, так называемом «каскадном» способе. Стоки вод нужно направить в заливы с камышами, это позволит существенно снизить предельно допустимые концентрации вредных веществ. Однако уверенности в эффективности предложенного способа нет, поскольку аналогов решения такой масштабной проблемы тоже нет.

Позиция министерства в целом такова: на действия по ликвидации бедствия в КУБе у них нет полномочий, а нужно, считает ведомство, включить проблемные объекты в государственный реестр объектов накопленного вреда окружающей среде. Ликвидация накопленного вреда, как и предотвращением загрязнений, – полномочия местной и региональной властей. Также он заявил, что первая инстанция – Свердловский райсуд Перми, вынося решение, опирался на устаревшие законодательные нормы.

Представитель Минприроды сообщила, что Минэнерго явно лукавит об отсутствии у них полномочий. По ее словам, после ликвидации шахт в Кизеле должен был составляться акт и подписываться многим сторонами, в том числе и главой местной администрации. А поскольку, сообщила она, на сегодня нет подтверждения завершения обязанностей ведомства, значит, сохранены все полномочия. Хотя в Минприроды также считают, что защитой водных ресурсов должны заниматься либо субъекты РФ, либо муниципалитеты. То есть – Пермский край или Кизеловский округ.

Местные ведомства ожидаемо заняли позицию, отвечающую интересам региона. Представитель Контрольно-счетной палаты Пермского края заметил, что устранение бедствия из-за шахтных изливов никоим образом не относится к полномочиям Пермского края. По его словам, нужно привлекать средства из федерального бюджета, но их не выделят, пока не завершена процедура ликвидации последствий добычи угля.

Пермский природоохранный прокурор Людмила Моисеевских, в свою очередь, сказала, что Минэнерго после закрытия шахт своих обязательств не выполнило. Следовательно, уже новое министерство в качестве правопреемника обязано их завершить. Причем, способов, как именно это сделать – много. Пока в заседании объявлен перерыв до 3 февраля. Мы будем следить за развитием событий в краевом суде.

Наталья Радкевич
Фото минприроды Пермского края.



Новости Mediametrics: