Незамеченная премьера: «Млада» спела 17 стихов Владимира Радкевича – поэму для хора и оркестра «Камский мост»

11 июля, 16:42


В тени разрекламированного Дягилевского фестиваля масштабная премьера, состоявшаяся в филармонии «Триумф», оказалась не замеченной публикой, падкой до эпатажа и экзотики.

Хотя творческие силы были задействованы мощные: академический хор «Млада» и камерный симфонический оркестр «Орфей» под управлением Петра Юркова. Более ста человек вышли на сцену, чтобы представить слушателям «Камский мост» – поэму для хора и оркестра (12+), сочинение Петра Куличкина на стихи Владимира Радкевича (1927–1987).

Литературную основу составили семнадцать стихов из посмертного сборника «Владимир Радкевич. Вечность нас пригласила в гости», составленного учеником и другом пермского классика Фёдором Востриковым.

О другом выдающемся лирике, Алексее Решетове, снимают документальное кино и пишут книги под стать «Жизни замечательных людей». В то же время творческое наследие другого истинного певца Пермской земли, когда-то написавшего: «Любовь моя, жизнь и работа – земля моя русская Пермь», – предоставлено у нас само себе.

Ни улицы в честь поэта, ни скромного бюста ему, ни хотя бы золотой звезды на бесконечно реконструируемой эспланаде. Разве что где-нибудь на конкурсе чтецов какой-нибудь юный книголюб по подсказке родителей продекламирует:

В камской зелени и сини
Жил и в грозах, и в тиши
Город в глубине России -
В глубине моей души.
Был он крут, не обессудьте!
Только, судя по всему,
Он поэтом был - по сути,
По призванью своему.
Не торжественною одой,
А лирической строкой
Он связал свои заводы
С Камой, небом и тайгой.
Так что, видимо, с рожденья
Все мы ходим, пермяки,
Под высоким напряженьем
Той лирической строки.
Молодым пришлась по вкусу
Крутизна такой земли,
Где к заводу или к вузу
Эти улицы вели.
Был я молод в самом деле,
Но остались позади
Азиатские метели,
Европейские дожди.
И курлычет по-над Пермью
Журавлиная тоска,
И роняют в Каму перья
Перистые облака.
Я живу, теряя близких,
После всех моих потерь
Ты одна по-матерински
Мне в глаза посмотришь,
Пермь.

– Владимир Радкевич, на мой взгляд, центральная фигура пермской поэзии, – считает Пётр Куличкин. – Он редкий поэт, стихи которого еще способны сегодня эмоционально поддержать и вдохновить людей на что-то позитивное.

Замысел масштабного произведения складывался и вызревал постепенно. Он зародился еще в 2017 году благодаря творческому союзу Куличкина и художественного руководителя «Млады» Ольги Выгузовой. В октябре того года на авторском вечере, посвященном 90-летию поэта, в городской библиотеке им. Пушкина впервые прозвучал прообраз – цикл «Равновесие» (пять стихотворений Радкевича в переложении для смешанного хора).

– Но уже зимой 2017-го я понимал, что «Камский мост» будет довольно большим сочинением. Было почти готово либретто, и стало ясно, что петь стихи должен хор. «Млада» со всеми их достижениями дала мне необходимую уверенность, – отметил Куличкин.

Поэма «Камский мост» вдохновлена историей Прикамья – от великопермских святителей до наших дней, – насыщена философской лирикой. Прозвучали «Березники» («Я ищу этот город в преданьях и в памяти сердца…»), «Чердынский вечер», «Слово» и другие стихотворения классика; один фрагмент был инструментальный.

– Владимир Ильич Радкевич еще и поэт-энциклопедист, – продолжает Пётр Александрович. – В его стихотворении на полторы страницы может быть «зашифрован» материал, которого хватило бы на роман страниц в шестьсот. Конечно, все это надо уметь прочитать, расшифровать – что, наверное, труднее, чем читать собственно исторические романы или смотреть снятые по ним фильмы.

Но если прийти к его восприятию подготовленным, можно увидеть, как из нескольких точек, обозначенных в пространстве и времени, вырастает огромная панорама взаимосвязанных явлений, где уже даны ответы на все вопросы и всё подчинено законам ясности, гармонии и красоты. Надеюсь, что это богатство образов Радкевича мне удастся донести до слушателей.

Правда, когда масштабное сочинение прозвучит в следующий раз, неизвестно. Хор «Млада» отправился на каникулы. Осенью стоит следить за его афишей.

Надежда Вершинина,
краевед
Использованы обложка издания 1972 года и картина Евгения Широкова.