Что в памяти моей осталось: послесловие к Дягилевфесту-2022

28 июня, 16:59


В Перми завершился XV Дягилевский фестиваль.В этом году он, конечно, несколько отличался от своих фестивалей-предшественников.

И афиша оказалась не такой насыщенной, как раньше, причем касалось это не только зарубежных участников. Многие российские музыканты, давно проживающие за границей, приехать не смогли, так что мы не получили ни любимых публикой сольных концертов, ни вокально-инструментальных дуэтов, ни ночных инструментальных гала в Доме Дягилева.

Не говоря уже о фейерверке премьер и гастрольных выступлениях коллективов с мировых именем, в том числе, трупп contemporary dance... Тем не менее, градус и статус фестиваля остались на том же уровне, и в этом, конечно, заслуга Теодора Курентзиса, художественного руководителя Дягилевфеста и оркестра musicAeterna, который буквально закрыл собой пробелы афиши.

В результате, все фестивальные площадки: пространства Завода Шпагина, Пермская художественная галерея и Дом Дягилева для ночных концертов, Органный зал, Пермский Театр-Театр и Частная филармония «Триумф», – были сохранены и отлично использованы. И открытие новых музыкальных имён всё-таки состоялось. Эту фестивальную нишу занял Камерный оркестр факультета исторического и современного исполнительского искусства Московской государственной консерватории Rosarium под управлением Марины Катаржновой.

Rosarium начал концертную деятельность с первых дней образования факультета в 1997 году. Оркестр концертировал со многими всемирно известными музыкантами, такими, как Сигизвальд Кёйкен, Мартин Хазельбёк, Христофер Хогвуд, Андрес Мустонен, Рубен Дубровски, Алексей Любимов, Александр Рудин, Евгений Бушков и другие.

На Дягилевфесте Rosarium дал четыре концерта – два в Органном зале и два ночных в Пермской художественной галерее. Первый концерт состоялся совместно с хором Parma Voices (12+) под управлением Евгения Воробьева, который в этот раз предложил подборку редко исполняемых сочинений композиторов XX века – Питера Уорлока, Арво Пярта и Аарона Копленда. Между ними «расположилась» инструментальная Чакона ведущего английского композитора эпохи барокко Генри Перселла, которая служит камертоном для месс Пярта и хоровых сочинений Уорлока и Копланда.

Второй концерт Rosarium (6+) в Органном зале краевой филармонии стал настоящим триумфом оркестра: звучали произведения композиторов-современников – Георга Филиппа Телемана (Сюита для виолы да гамба с оркестром) и Иоганна Себастьяна Баха (Сюита для оркестра №2 си минор и Бранденбургский концерт №3).

Солисты Феликс Антипов, виола да гамба, и Ульяна Живицкая, флейта-траверсо, продемонстрировали такой уровень исполнения, что весь сложнейший музыкальный рисунок точно вылился откуда-то сверху и заполнил собой всё пространство. Особенно вдохновенно звучала флейта, невесомыми штрихами-стежками вычерчивая свой чудесный узор...

Словом, всё, что касается музыкальной части Дягилевского фестиваля, – это высокий уровень, и вы могли смело идти на любой концерт. Даже если вам после концерта казалось, что режиссура оставляет желать лучшего, а воплощение не совсем вытягивает идею, музыка компенсировала всё, как это было, скажем, на событии «Отчалившая Русь» (18+). Или на программе «Территория Гамлет» (18+) в постановке Кати Бочавар на музыку Алексея Сюмака, давнего резидента фестиваля.

Поэма для голоса с фортепиано «Отчалившая Русь» Георгия Свиридова в версии Алексея Сюмака для камерного ансамбля на слова Сергея Есенина прозвучала в Частной филармонии «Триумф» во второй день фестиваля. Это одно из самых интересных произведений Георгия Свиридова. Произведение часто сравнивают со старинной фреской, в которой присутствует и тончайшая лирика, и полные страсти патетические монологи, и трагические мазки. Музыка представляет серьёзные трудности для исполнителя, так что исследователи уже назвали её «раскалённой материей».

Билеты на программу разлетелись сразу. Потому что Свиридов и Сюмак, потому что контртенор Андрей Немзер, демонстрирующий сложнейшую голосовую эквилибристику, принесшую вокалисту настоящую славу. Немзер обладает глубинным пониманием музыки и талантом такого преломления авторского замысла, при котором этот замысел начинает сверкать всеми гранями. Но режиссёрская концепция «Отчалившей Руси» оставила вопросы, о которых сайт краевой газеты «Звезда» уже рассказывал…

Или, скажем, перформанс «Территория Гамлет» в постановке Кати Бочавар. Изначально он существовал как онлайн-проект, посвящённый работе Аллы Демидовой в постановке Теодороса Терзопулоса «Гамлет-урок» (18+) в греческом театре «Аттис». Эксперимент был построен вокруг встречи принца с актерами, а Демидова становилась то самим Гамлетом, то выходила из роли и смотрела на него словно бы снаружи. В цехе же №5 проект Бочавар воплотился в реальность.

На длинном прямоугольном помосте, декорированном кучами хвороста, – уже не один «принц датский», а несколько вокалисток-перформеров, которые, как гласит программка, проигрывают множество вариантов «развития отношений между актером и ролью». Что происходит в реальности, остаётся загадкой. Стилизованная под барокко партитура Алексея Сюмака ответов не даёт, и зритель (которому на протяжении спектакля предлагают ломать хворост с целью извлечения характерного звука) выходит с массой вопросов.

И таких перформансов, чей месседж практически не читался (или тонул в слабом режиссёрском решении), было не один и не два. Здесь есть над чем поработать авторам и организаторам фестиваля. Например, перформанс СПОРЫ’N’я / *спорынья, обозначенный как поэтический слэм. Идея великолепна: чтение стихов ныне живущих и давно умерших поэтов. Воплощение: массовка, набранная из непрофессиональных «артистов», то есть, обычных людей, исполняет разнообразные пластические этюды и странные абсурдные манипуляции, параллельно произнося (часто крича) поэтический текст. И то, и другое получается далеко не всегда – сценическая речь не поставлена, артикуляция то угадывается, то нет, от нетренированных тел хочется отвести взгляд.

Особенно когда одна из исполнительниц разбрасывает вокруг себя землю, а затем её тщательно ест. Ползёт по полу, обхватывает соседку, встаёт на четвереньки... И так – полтора часа. Между «душами поэтов» перемещается маленький мальчик, рисует между ними реку Стикс, но сцену (действие происходит на Сцене-Молот) не покидает, всё это время оставаясь в эпицентре. Как-то, знаете, тревожно и за этого мальчика, и за зрителей, полтора часа вынужденных всё это смотреть...

Но, конечно, в памяти после фестиваля остаётся другое. В памяти остаётся, например, роскошный перформанс «Bride Song» (12+), поставленный хореографом Нанин Линнинг, известной нам по Дягилевскому фестивалю 2021 года, где она показала интересную и очень внятную композицию «Двойная спираль» (18+).

В памяти остаётся роскошный концерт перкуссиониста Петра Главатских «Посвящение Янису Ксенакису» (12+) на Заводе Шпагина... В памяти – опера-мистерия Карла Орфа De temporum fine comoedia (18+), превратившая пространство завода в настоящий античный театр-храм. И многое, многое другое – обо всём рассказать невозможно. И главное, в памяти остаются лица Дягилевского, которые очень и очень нужны друг другу. Они помогают жить.

Наталья Земскова
Фото Никиты Чунтомова предоставлено пресс-службой Дягилевского фестиваля.

 



Новости Mediametrics: