440 лет с начала похода Ермака. Откуда Кунгурская летопись, если Кунгура тогда еще не было?

24 июля, 00:33


В начале XVIII столетия в города Прикамья и Западной Сибири пришло необычайное оживление.

Царь Петр, вступивший в Северную войну, потребовал активной разведки месторождений металлов и строительства заводов по производству воинских припасов на Урале.

«Уезду исправной чертеж...»

9 января 1703 года вышел указ о передаче Кунгура с уездом из Новгородской четверти в Сибирский приказ (аналог министерства сегодня. – прим.ред.) и о подчинении города Верхотурью. Верхотурскому воеводе Калитину пришло повеление организовать в Кунгурском уезде поисково-разведочные работы и заводское строительство, чтобы «в Московском государстве железом и медью, и селитрою, и серою горячею удовольствоваться без постороннего привозу из иных стран».

Авторитетному в то время картографу, «служилому человеку» Семёну Ремезову в Тобольске было выдано предписание:

«Ехать тебе в Кунгурский уезд и сделать всему Кунгурскому уезду, селам и деревням и рекам чертеж исправной с розмером подлинным для удобного железу и иным статьям к Каме-реке провозу. И описать, как тот Кунгурский уезд с Сибирским с Уфимским сошлись, и которая река отколь взялась, и в которую сторону и куды впала, и мочно ль какими судами по ней ходить и суды на ней делать.
И много ль которою рекою будет ходу лехкими и тяжелыми судами, и где какие дороги».

За работу картографу было обещано десять рублей из казны. В те времена это были деньги: в первой половине XVIII века на один рубль можно было купить более 200 килограммов ржаной муки или сотню живых куриц. Литр водки на рынке стоил семь-восемь копеек.

На работу с приключениями

Кунгурским властям поручалось обеспечить приезжего специалиста всем необходимым, опытными проводниками (вожами) и охраной:

«Дать в вожи двух человек знающих, и подводы, и бумагу, и чернила, и стоялый двор, и для розсылки и обережи двух человек верхотурских казаков».

12 апреля 1703 года Семён Ремезов с сыном Леонтием отправился из Тобольска в Верхотурье. Ехать пришлось «по последнему самому вешнему пути со льдом», Ремезовы по дороге неоднократно «были при смерти и тонули». К воеводе в Верхотурье они прибыли в последних числах апреля и, после короткой передышки, помчались в Кунгур.

Несмотря на противодействие местных властей, надо полагать, не горевших желанием помогать в строительстве казенных заводов и обременять себя новыми хлопотами, за два месяца Ремезов и его помощники объехали весь Кунгурский уезд, сделали чертежи (карты) города и территории, уточнили сведения прежних писцовых и переписных книг.

Видимо, при работе в кунгурской канцелярии ими была найдена одна из жемчужин историографии, сыгравшая весомую роль в изучении событий полуторавековой, по отношению к времени Ремезова, давности, – «Летопись Сибирская краткая Кунгурская»...

Жемчужина летописания

Этот небольшой по объему источник содержит живые подробности похода Ермака. Скорее всего, это говорит о том, что «Кунгурская летопись» представляет собой переложение рассказов ветеранов атамановой экспедиции или их ближайших потомков, а также легенд ХVII века, сложенных в Прикамье о легендарном атамане и его дружине.

Семён Ульянович снял копию с найденной им реликвии, переработал и в качестве вставных листов вклеил в свой уже имевшийся труд «История Сибирская» («Ремезовская летопись»), богато иллюстрированный собственными рисунками. В 1744 году список «Ремезовской летописи», приобретенный в Тобольске, привез в Санкт-Петербург и ввел в научный оборот академик Герард Фридрих Миллер.

Историки по сей день задаются вопросом, каким образом в 1703 году в Кунгуре могла оказаться рукопись, посвященная истории похода Ермака? Дело в том, что тогда это был молодой город. Впервые он был основан как острог в 1648 году, но перенесен на новое место после разорения восставшими башкирами в 1663-м.

Еще в 1673-1675 годах для защиты от возможных нападений вокруг города был построен деревянный кремль с восемью башнями. Вполне вероятно, что среди поселенцев, приехавших в новый город, были потомки товарищей Ермака.

Сотворение легенды

Наверняка жителям сылвенского Прикамья хотелось, чтобы в народной памяти Кунгур был как-то связан с легендарным хождением за Урал. Но как создать эффектную легенду, если в год начала похода казаков, нанятых Строгановыми, 1581 (или, по версии советского историка, биографа Ермака Руслана Скрынникова, 1582), города еще и в помине не было?!.

Возможно, ответ на вопрос дает сам неизвестный нам автор (или авторы) «Кунгурской летописи». В повествовании есть фрагмент, относящийся к якобы имевшему место «фальстарту» казачьей экспедиции в 1578 году:

«Сентября в 26 день 1578 года промахнулись (казаки), не попали по Чусовой в Сибирь, а погребли вверх по Сылве, и к заморозкам подошли к урочищу, которое ныне известно как Ермаково городище. И по пути у жителей скупали хлеб и припасы, тут и зимовали… И как только закончили 9 мая в том городище строить по обету часовню во имя Николы Чудотворца, так одни поплыли с Ермаком вниз по Сылве до Усть-Чусового, другие же остались в городище том, с женами и детьми навек поселились».

Красивый рассказ... который вряд ли может быть правдой. Трудно поверить, что казаки, не ходившие в походы без опытных проводников, ошиблись рекой и проплыли мимо Сибири. Не говоря уже о том, что в 1578 году Ермака на Урале не было.

Зато рассказ о «Ермаковом урочище» – прекрасная легендарная прелюдия к основанию Кунгура в царствование Алексея Михайловича. По этому фрагменту можно предположить, что автор документа, найденного Ремезовым, являлся кунгуряком из первых поколений горожан, и пытался связать основание родного города с деятельностью знаменитого атамана.

Возможно, он был связан со службой у Строгановых, поскольку в тексте есть ссылки на документы из их архива. В любом случае, он стал автором не только легенды, но и документа, насыщенного ценными сведениями.

Герою присвоили основание

Руслан Скрынников в книге «Сибирская экспедиция Ермака» (1982) выдвигает такую версию:

«Легенда о зимовке Ермака на Сылве возникла в Кунгуре в конце XVII века. Ее сочинили местные церковники, чтобы обосновать легенду о постройке Ермаком в окрестностях Кунгура часовни, сохранившейся до их времени».

Можно поспорить с исследователем об авторстве именно церковников. Но то, что автор «Кунгурской летописи» страстно желал увязать историю своего города именно с началом похода покорителя Сибирского ханства, – факт несомненный.

Справка «Звезды» – Все таланты «сибирского Леонардо»

Семён Ремезов – географ, историк, архитектор, просветитель, родился в 1642 году в Тобольске, сын стрелецкого сотника. В 1668-м поступил на государеву службу в качестве рядового казака.

В 1682-м получил звание «сына боярского» (служилое сословие) и был переведен из Ишимского острога в родной Тобольск. Уже в 1689 воевода Алексей Головин характеризует Ремезова как отличного чертежника (картографа).

И это был не единственный талант сибирского самородка. Он мастерски рисовал, занимался иконописью, проектировал и строил здания (в том числе Приказную палату и Гостиный двор в Тобольске, Петропавловскую церковь в Тюмени).

Хотя Ремезов никогда не встречался лично с Петром Первым и тем более не входил в ближний круг императора-реформатора, он по праву может быть назван одним из «птенцов гнезда петрова»…

Анатолий Москвин
info@zwezda.su
Использованы «Ермак» Р. Гимадиевой и изображение смерти атамана из Кунгурской летописи.