Руководитель НКО «Счастье жить» Анастасия Гилева поделилась наработанными практиками в рамках выезда бесплатного «Юридического десанта» в муниципалитеты Прикамья в интервью на радио «Sputnik-Пермь» (18+).
— Анастасия Григорьевна, что такое «Юридический десант»?
— Это практическая помощь родителям детей с инвалидностью в информации о том, какие права и льготы им положены, как правильно получить лекарственное обеспечение, как оформить и где лучше организовать реабилитацию ребенка. Важно поделиться нашей волшебной палочкой — руководством к пользованию в виде брошюры из 18 разделов о правах и льготах ребенка с инвалидностью.
С такими юридическими десантами мы регулярно выезжаем в территории Пермского края с 2014 года. Встречаемся с людьми в маленьких городах, поселках, деревнях, делимся с ними не столько сухой юридической информацией, а нашим практическим опытом, вместе находим решение сложных вопросов.
— Насколько юридический десант востребован?
— На наш телефон горячей линии 8-800-250-33-41 в год поступает порядка 15 тысяч обращений. В отдельные дни поступает до ста звонков. Звонят даже из-за рубежа. Обращались из Германии и Канады: бабушки и дедушки, которые спрашивали, как помочь своим внукам, проживающим в России. Это говорит о реальном запросе на нашу помощь.
Почему не только горячая линия, но и юридический десант? Я сама мама ребенка с инвалидностью. И я знаю, как важно не просто знать пункты законов и постановлений, а понимать, как реализовать свои права на практике. Для этого у нас есть юрист. Но в поездки мы обязательно берем еще и психолога, потому что родителям, столкнувшимся с большими проблемами, часто нужно выговориться, почувствовать живую поддержку в личном общении.
Этого не даст никакая телефонная или видеосвязь. Для того, чтобы начать отстаивать права ребенка, как правило, родителю нужно рассказать нам или психологу, какой путь уже пройден.
На прием в юридический десант люди приходят тогда, когда уже поняли, что сами не справляются либо находятся совсем на нулевом этапе, растеряны и просто не знают, куда бежать и что делать. И только после беседы с теми, кто их понимает, кто может привести примеры личных кейсов решения проблем, они бывают готовы слушать рекомендации юриста.
— Вы говорите про личный опыт?
— С момента рождения дочери мы три года спасали ее жизнь. Даже получили лекарство, незарегистрированное в России. Но шишек на этом пути набили много. Сейчас мы знаем, что нет необходимости писать в приемную президента, есть более простые и понятные пути.
— Сколько человек приходят на выездной прием «Юридического десанта»?
— В начале ноября мы в один день побывали в Кукуштане, Кунгуре и ЗАТО «Звездный». Приняли в общей сложности примерно 120 человек. В маленьких населенных пунктах приходит 10–20 человек.
— Вы, наверное, не ограничиваетесь только рекомендациями? Общение с людьми — эффективная обратная связь.
— Да, в другой недавний выезд в Усолье мы выяснили, что дети с инвалидностью могут пользоваться бесплатными услугами дополнительного образования даже после достижения 18 лет. Но оказалось, что в Пермском крае на эти цели финансирование выделяется из расчета до совершеннолетия. Мы связались с краевым министерством образования и науки и сейчас прорабатываем, каким образом будет внесено изменение в региональное законодательство.
— Какие типичные вопросы чаще всего слышат участники «Юридического десанта»?
— Чаще всего речь идет об отказах в жизненно важных препаратах или медикаментах, невключенных в федеральный и региональный перечни. Здесь достаточно подсказать заведующим поликлиник о той или иной норме закона или в каком перечне прописано нужное лекарство. Их же тоже можно понять — нельзя объять необъятное, тем более что они не юристы и не чиновники, что-то могут упустить.
А второй типичный вопрос — стихийная инклюзия. Это когда для ребенка не создают специальных условий, нет коррекционной школы, и ребенок вынужден учиться в обычном классе. Но так как он, как правило, отстает по программе, ему нужна поддержка тьютора, которого в рамках стихийной инклюзии нет. В результате она бывает опасна для всех участников процесса, как для специалистов, которые потом считают, что инклюзия противопоказана всем детям с инвалидностью, так и для ребенка, потому что он может получить травмирующий опыт.
Пример правильной инклюзии — ресурсные классы НКО «Счастье жить». Есть соглашение с губернатором Пермского края Дмитрием Махониным, что каждая новая и вновь отремонтированная школа обязана открыть ресурсный класс при наличии заявления от родителей.