Пермский богач Сандырев против 84-летней чусовской старушки-инвалида: мелочиться, так по-крупному

22 июля, 14:32


Более десяти лет длится спор о праве на старый маленький дачный домик, расположенный неподалеку от станции Алебастрово в Чусовском округе.

Участники спора – живущая в домике с семидесятых годов почетный ветеран Пермского авиаотряда, инвалид второй группы 84-летняя Валентина Емельченкова и учредитель ряда компаний Лариса Денисова. Имя последней мало кому знакомо, зато ее сын – весьма известный в Пермском крае человек, директор большинства учрежденных его матерью фирм. Смеем предположить, что именно он стоит за попытками отобрать домик у инвалида. Кто он и зачем это делает?

Наиболее известная из учрежденных Ларисой Денисовой фирм – «Налоги и право». Директор – Геннадий Сандырев. Помимо бизнеса, Сандырев ведет активную общественную деятельность: входит в руководящие органы региональных отделений «Опоры России», «Деловой России», организации работодателей «Сотрудничество». Много лет был сопредседателем регионального отделения Общероссийского народного фронта, входил в Общественный совет при ГУ МВД Пермского края…

Словом, человек заметный. Какое дело такому серьезному дяде (официально – его маме) до жалкой лачуги на клочке труднодоступной земли, куда добраться можно только на электричке либо, как поступает сам Сандырев, на катере с реки? Чтобы разобраться в этом, надо сначала мысленно вернуться в семидесятые годы прошлого века.

Пермский авиаотряд, ставший впоследствии ФГУП «Пермские авиалинии», в период с 1971 по 1974 годы получил земельный участок на берегу Сылвы недалеко от станции Алебастрово. Около 1 га участка было отдано под дачи работникам отряда, и здесь они своими руками построили 46 домиков. Еще часть земли отошла под общественные нужды – под базу отдыха авиаотряда. Здесь поставили шесть домиков, куда на выходные дни сотрудники приезжали по профсоюзным путевкам. Возможно, в детстве здесь бывал и Геннадий Сандырев, ведь его отец также работал в авиаотряде.

Как это часто происходило в советские времена, общественными силами здесь строили причалы, туалеты, пешеходные дорожки вдоль реки, проводили электричество. В 2005 году на свои постройки почти все члены этого дачного сообщества получили техпаспорта в ГУП «Центр технической инвентаризации», в том числе – Валентина Емельченкова.

По ее словам, она ежегодно страховала свой домик и нехитрое имущество в нем. В 2009 году она также получила на свою постройку техпаспорт. Согласно документу, площадь домика составила 34,3 кв. м, площадь земельного участка под ним – 140 кв. м. Не гектаров, не соток, а квадратных метров! У многих людей сейчас квартиры куда большей площади. И вот эти «хоромы» стали предметом тяжбы, дошедшей аж до Верховного суда.

В 2006 году Геннадий Сандырев приобрел с торгов арестованное имущество «Пермских авиалиний» – базу отдыха, те самые шесть общественных домиков. Получив право собственности на них, сформировал земельный участок площадью 15 тысяч кв. м. Да так сформировал, что в него вошли не только шесть общественных строений, но и 46 личных дачных построек бывших сотрудников авиаотряда. Общественные же домики и землю под ними в 2008 году он, по документам, «подарил» своей матери Ларисе Денисовой.

Почему «подарил» в кавычках? После приобретения земли Геннадий Сандырев за своей подписью развешивал на территории объявления: «Уважаемые граждане! Ваши земельные самовольные постройки находятся на земельном участке, принадлежащем мне по праву собственности. Прошу в срок до 25 июня 2010 года снести ваши самовольные строения и освободить земельный участок, который предоставлен мне под базу отдыха. Основание – обращение Емельченковой В.Ф. в прокуратуру».

В этом объявлении важно все. Во-первых, стало ясно, кто действительно является интересантом покупки. Во-вторых, заявлено, ради чего все это затевалось – для создания коммерческой базы отдыха. В-третьих, Геннадий Сандырев четко произнес: именно борьба Валентины Емельченковой за свой домик для него как кость в горле, и именно ее он назвал «виновной» в том, что он теперь заставляет сносить остальные сорок с лишним строений. Прекрасная позиция, поистине достойная общественного и государственного деятеля, каковым всегда позиционировал себя Геннадий Сандырев!

Дальше началась судебная круговерть. В 2011 году суд отменил передачу администрацией Чусовского района земельного участка вместе с личными строениями более сорока граждан. Участок был возвращен Российской Федерации. В том же году Валентина Емельченкова, обнадеженная было позицией прокуратуры, впервые попыталась через суд узаконить свое право на дачную постройку, но безуспешно. Все полученные решения ею судов были оспорены Ларисой Денисовой – читай, Геннадием Сандыревым.

Они, в свою очередь, не оставили попыток получить землю в собственность под свою базу отдыха. И надо отметить, в судах Сандырев и его мать имели куда больший успех, чем пенсионерка Емельченкова. В 2015 году участок в 15 тысяч кв. м вновь был сформирован в тех же границах, которые были оспорены ранее прокурором Чусового – вместе с 46 чужими строениями. Лариса Денисова выкупает этот участок у Росимущества за 1,5 млн рублей без всяких торгов. Хотя Росимуществу точно было известно о наличии на продаваемой территории строений граждан, сделке это почему-то не помешало.

Практически все владельцы дачных построек решили не связываться с доказыванием своих прав на дома. Денисова-Сандырев разделили купленную землю на три части. На двух остались дачные домики граждан, которые… выкупили у Геннадия Сандырева свои же дома, которыми пользовались полвека, даже не задумываясь, что кто-то когда-то умудрится назвать эти постройки «незаконными».

На третьем участке площадью 4,3 тысячи кв. м остались шесть строений бывшей турбазы и домик Валентины Емельченковой – единственный, попавший при разделе границ на территорию, отошедшую семье Сандырева. Причина, скорее всего, банальная месть пенсионерке, которая решила бороться за свои права. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в 2019 году Емельченкова, устав от судебной волокиты, просила Денисову отмежевать ее несчастные полторы сотки под домом и продать, как и остальным членам кооператива.

Наш корреспондент направлял запрос о комментарии Геннадию Геннадьевичу Сандыреву. На момент подготовки материала к печати ответа на него не поступило. Валентина же Федоровна, вспоминая все эти десять лет хождения по мукам, плачет. Каждая досочка в этом домике приколочена руками покойного мужа. Но в один далеко не прекрасный момент пришел предприниматель и заявил, что ее домик – «незаконная постройка».

«Мое детство прошло в военное и послевоенное время. Отец воевал, многие родные погибли. Мы с подругами ухаживали за ранеными в госпитале. Разбирали завалы, носили тяжести, жили в подвале вместе с опухшей от голода мамой. А сейчас не могу даже оформить сотку земли под домиком, который построила и пользовалась почти 50 лет, плачу налоги за него. А Сандырев, который ничего не построил сам, смог через свою мать приобрести весь земельный участок и угрожает мне сносом…», – писала она в своем обращении в прокуратуру Пермского края.

Действительно, в голове не укладывается, как такое может происходить на наших глазах.
Даже в больном воображении трудно представить, чтобы в советские времена работник госпредприятия мог что-то построить себе «незаконно», и эту «незаконность» никто не видел в упор полвека. Но так уж вышло, что в ходе многочисленных реформ последних десятилетий в законодательстве образовались «дыры», в которые и хлынули искушенные в юридической казуистике граждане. И по решению судов теперь выходит, что правы они, а не заслуженные люди, не ветераны.

От имени Ларисы Денисовой в суд было подано заявление о сносе «незаконной постройки» ветерана. С другой стороны, иск Емельченковой об опротестовании сделки между территориальным управлением Росимущества и Денисовой, признания прав на домик был проигран. Не рассматривая странной, мягко говоря, истории получения Ларисой Денисовой прав на участок, Чусовской городской суд отказал ветерану. Апелляционная инстанция оставила это решение в силе, как и кассационное определение Седьмого кассационного суда.

Требования о признании сделки незаконной суды вообще не изучали. Поскольку, мол, не доказано, что в 1970-е годы домик Валентина Емельченкова построила законно, то и сделкой между Денисовой и ТУ Росимущества права ее не нарушены. Никто не стал разбираться: а как, собственно, вышло, что домик Емельченковой оказался в «чужих» границах? На каких основаниях ее, единственную из более чем сорока других владельцев таких же домов, сделали «крепостной»?

Можно предполагать, что на руках у Сандырева и его матери сейчас иск о сносе домика Валентины Федоровны и взыскании с нее 50 тысяч рублей судебных расходов. Хотя кадастровая цена земли под несчастным домиком – 15 тысяч рублей. У самой же Валентины Емельченковой, кроме подорванного здоровья и истерзанных нервов – полное разочарование в общественных институтах... Остается уповать на высший суд да на «принцип бумеранга».

Владислав Поспелов
Фото Юрия Токранова.



Новости Mediametrics: