Красный флаг над саркофагом. Вымысел и реальность в сериале «Чернобыль» глазами участника ликвидации аварии Олега Адамова

2019 , 12:08


33 года назад, 26 апреля 1986 года, произошла самая страшная техногенная катастрофа ХХ века – авария на Чернобыльской АЭС. По этому случаю в Великобритании, а почему-то не в России, сняли фильм. Мировая премьера мини-сериала «Чернобыль» (режиссер Йохан Ренк, сценарист Крейг Мазин, 16+) состоялась 26 апреля на кинофестивале в Нью-Йорке. Лента получила высокие оценки критиков. В российский прокат фильм пока не вышел.

Непосредственный участник тех событий Олег Адамов посмотрел пока лишь трейлер фильма и говорит, что несмотря на некоторые неточности, он оставил хорошее впечатление. «Для нас, ликвидаторов, обидно, что первыми такой фильм выпустили англичане. Знаю, что подобный фильм хотел снять Федор Бондарчук, – рассказывает Олег Адамов, – но по каким-то причинам он так и не был снят».

Хроника событий

До Чернобыля тоже были аварии. Просто Чернобыль имел более глобальные масштабы. Он явился катализатором, который вскрыл все предыдущие наши проблемы. Об этой аварии заговорили не сразу, страна готовилась к 1 Мая. Горбачев выступил по ТВ только 3 числа. Первыми шум подняли финны, потом – немцы, потому что шлейф ядерного облака дошел сперва до Скандинавии, потом – до Германии и уж затем пошел на Черное и Средиземное моря. Если подсчитать суммарный поражающий фактор в виде осадков и пыли, то он равен 500–600 атомным бомбам, сброшенным на Хиросиму и Нагасаки.

Эвакуация в Припяти началась на следующий день, когда наконец-то поняли всю сущность катастрофы. 1100 автобусов в срочном порядке эвакуировали 45 тысяч жителей. Им говорили, что они уезжают на день-два. А получилось – на всю жизнь. Пожарные, которые первыми участвовали в ликвидации, не были готовы к тому, что там была очень сильная радиация. Они приехали без специальных средств защиты. Поэтому в первые часы пожарных погибло очень много. Погибли в основном от главного поражающего фактора – лучевой болезни. Радиация поражает ткани, отравляя организм продуктами распада. А это – смерть. Человек осознает это, но сделать ничего не может. На место аварии согнали в срочном порядке ликвидаторов со всех военных округов. Были также мобилизованы силы гражданской обороны. Но никто не был готов к такому повороту событий.

«Увиденное поразило меня»

Я приехал на ЧАЭС 18 июня 1986 года, через 22 дня после аварии. Нам сказали, что на две недели, а пробыл там два месяца. То, что увидел, поразило меня. Работы начались с того, что радиоактивные элементы пытались закопать в ямы глубиной 20–30 метров.

Они назывались могильниками. В фильме показано, как работают ликвидаторы с лопатами на крыше, которая соединяла 3-й и 4-й энергоблоки. На всё это дело отводилось 40 секунд: человек в противогазе и ОЗК, их называли биороботами, выбегает и считает: раз, два, три… Его задача была выбежать на крышу, сбросить кусок бетона, арматуры или часть мягкой кровли – и обратно. Внизу всё это подбирали и вывозили в могильники.

Могильники в основном были в так называемом «рыжем лесу». Он считался чистой и безопасной зоной. Когда произошел взрыв, основной радиационный след пошел в северном направлении, где и находился лес. Он мгновенно порыжел, как осенью. В лесу стояла сосна, напоминающая трезубец, похожий на нынешний герб Украины. На ней в войну немцы вешали партизан. Поэтому ее оставили как памятник, а весь лес закопали.

Главные задачи

Ликвидация была разбита на несколько этапов. Первый – тушение огня в первые дни. Пожарные, несмотря ни на что, с этой задачей справились. Вторая задача – заглушить реактор, чтобы выбросы не шли в атмосферу.

Кроме того, срочно надо было сделать обваловку берегов реки Припяти. Если бы ее не сделали, то любой дождь смыл бы радиоактивную пыль в водохранилище, оттуда – в Днепр, а Днепр – в Черное море. И тогда экологическая катастрофа носила бы глобальный характер.

Третья задача – защита днища реактора. Туда кинули шахтеров, чтобы вырыть тоннели, залить их бетоном и тем самым исключить возможность проникновения ядерной массы и попадания ее в подземные воды. В фильме есть сцена, когда генерал под угрозой расстрела посылал шахтеров под реактор. Мне лично такие случаи неизвестны. Шахтеры шли туда сами, осознавая, что это такое. В этом как раз и заключался их героизм. Были и отказники. Но их под прицелом никто никуда не отправлял. Их высылали обратно в место дислокации воинской части с соответствующей характеристикой: человек не выполнил государственное задание. За этим шло исключение из КПСС, увольнение из армии. Я лично отправил домой четверых таких человек.

Следующей задачей была радиационная химическая разведка. Постоянно ходили люди с дозиметрами, летали вертолеты.

Пятая задача – эвакуация людей из близлежащей зоны и тех участков, которые подверглись радиации.

Шестая – дезактивация местности и дегазация техники. Чистили и мыли специальными растворами, поливали землю. Затем бульдозеры снимали верхнюю часть, грузили в самосвалы и отвозили на могильники.

Седьмая задача – обеспечение безопасности зоны от мародеров. Силовикам даже было разрешено применять оружие в случае сопротивления со стороны мародеров. Те торговали на рынках зараженным имуществом эвакуированных горожан, а им было без разницы, дескать, всё равно все умрем рано или поздно.

30 ноября 1986 года был построен саркофаг для ограничения выбросов. Над ним был поднят красный флаг в знак того, что мы одержали победу. Почему я останавливаюсь на этом? Потому что мы воспитывались на примере своих родителей, которые прошли через Великую Отечественную войну. И чернобыльская катастрофа для нас была нашей войной. Сейчас, к сожалению, об этом умалчивают. Первоначально ликвидаторы аварии приравнивались по льготам к ветеранам ВОВ. Но по новым законам мы являемся лишь невинными жертвами, которые подверглись радиации и которым надо выплатить какое-то пособие в качестве компенсации.

Фото: газета «Звезда»



Новости Mediametrics: