Кто больше? Продано!

21 марта 2018 , 06:57

Когда говорят о пермской оборонке, в первую очередь вспоминают «Мотовилихинские заводы», с августа прошлого года по решению Арбитражного суда Пермского края находящиеся в состоянии процедуры наблюдения. По закону наблюдение не может длиться дольше семи месяцев, однако кредиторы никак не могут провести собрание по причине болезни временного управляющего Виталия Шемигона. Впрочем, свой вердикт он уже дал.

На заседании Арбитражного суда в конце февраля Шемигон предоставил отчёт о состоянии предприятия, в котором предложил ввести в отношении «Мотовилихи» конкурсное производство, поскольку в ближайшем будущем восстановить платёжеспособность завода невозможно. По мнению управляющего, за счёт оборотных активов можно погасить лишь 42 процента обязательств перед кредиторами, которые на момент составления отчёта составляли 13,8 миллиарда рублей. Самые крупные долги у «МЗ» перед АКБ «Россия» (7,6 миллиарда рублей), Рособоронэкспортом (3,9 миллиарда рублей), банком «Глобэкс» (885,6 миллиона рублей) и госкорпорацией «Ростех» (450 миллионов рублей). Кроме того, 59,8 миллиона рублей «Мотовилиха» задолжала налоговой службе.

— Чтобы рассчитаться по текущим обязательствам, предприятию необходимо более 17 месяцев, — заявил Виталий Шемигон.

При этом в начале февраля на предприятии побывал заместитель министра обороны РФ Юрий Борисов, заявивший, что «МЗ» будут загружены заказами по реактивным системам залпового огня (РСЗО) до 2027 года.

— Реактивные системы залпового огня — наиболее грозное оружие, — заявил замминистра обороны. — Тем более что НПО «Сплав» (головное предприятие по разработке РСЗО, расположенное в Туле — авт.) закончило работы по новым системам «Торнадо-Г» и «Торнадо-С», которые прошли испытания и подтвердили все заданные характеристики. Нас всё устраивает, поэтому планы большие...

Соответственно, военные заинтересованы в скорейшем финансовом оздоровлении «Мотовилихи», являющейся единственным в России производителем ряда образцов военной техники, а также в сохранении квалифицированного персонала. Как этого добиться — как говорится, уже второй вопрос, который придётся решать Ростеху.

В свою очередь, заместитель генерального директора Ростеха Александр Назаров в недавнем интервью ТАСС рассказал, что у корпорации в настоящий момент 94 проблемных предприятия и для «разруливания» ситуации на каждом нужен отдельный подход. Но самое главное — он высказался по проблеме непрофильных активов.

— На самом деле понятие «непрофильный актив» достаточно условное, — пояснил Назаров. — То, что сегодня является непрофильным, завтра, с учетом утяжеления санкций и внешнеполитической обстановки, может стать профильным. Поэтому я бы очень сдержанно относился к цифровым показателям и тем более к их оценке. Можно продать всё, но за счёт чего мы будем, если возникнет такая необходимость, развивать те или иные производства?

Поэтому мы занимаем аккуратную позицию и относим активы к непрофильным только на основании решений наших холдингов, потому что лучше, чем собственник актива, никто этого не знает...

Кроме того, заместитель гендиректора Ростеха рассказал, что в структуре корпорации есть Фонд финансового оздоровления, средства из которого направляются на помощь проблемным активам, а также средства государственной поддержки, но по объективным причинам государство не может увеличивать её объемы. Такие же фонды созданы внутри каждого холдинга, однако за время существования корпорации такая поддержка никогда не превышала один миллиард рублей. А у «Мотовилихи» 13 миллиардов долгов.

Но в 2013–2014 годах, к примеру, Ростех сумел провести финансовое оздоровление «Ижмаша», ставшего «Калашниковым», сейчас занимается «Уралвагонзаводом». Так что «Мотовилихинские заводы» — это не самая большая головная боль госкорпорации, успешно решавшей задачи и не таких масштабов.

Конкретно по «МЗ» ещё возможен вариант мирового соглашения, но, как объяснил Назаров на примере НПО «Молния», «мы должны понять, сможем ли выдержать условия мирового соглашения, потому что ещё хуже, если мы выйдем в мировое, а потом вынуждены будем вернуться к процедурам внешнего управления и последующего банкротства».

Поэтому наиболее вероятно, что «Мотовилихинские заводы» будут финансово оздоровлены через конкурсное производство, предполагающее, что имущественный комплекс холдинга будет реализован на закрытом конкурсе, в котором, надо полагать, смогут принять участие лишь компании, имеющие право работать в рамках гособоронзаказа. Таким покупателем, по имеющейся информации, может стать дочернее предприятие «МЗ» ЗАО «Специальное конструкторское бюро» либо другая структура Ростеха. Кстати, в этом варианте госкорпорации совсем не обязательно выкупать акции у миноритарных акционеров, которым до сих пор принадлежат 35 процентов акций «Мотовилихинских заводов».

— Мы всё время боимся процедуры банкротства, хотя речь не идёт о том, что это уничтожение предприятия, — рассказал ТАСС Александр Назаров, объясняя стратегию госкорпорации. — Есть безвыходные ситуации, когда мы понимаем, что сумма задолженности кратно выше наших возможностей по её урегулированию, а предприятие надо сохранить. Поэтому нужно довести процедуру банкротства до разумного состояния и выкупить имущественный комплекс, как это было с концерном «Калашников»…

Так что старейшему предприятию Перми, похоже, всё-таки придётся услышать сакраментальные фразы: «Кто больше? Продано!» И продолжать выполнять гособоронзаказ.

Текст: Андрей Смолин
Фото: Замир Усманов




ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К НАМ